Аргентина

+1
Голосов: 1

404

Михаил Курбатов
Газета «Заря»

Страна богатейших возможностей, быстрого роста, простора, солнца и воздуха. Эти её основные признаки определяют, дают тон, характер, создают лицо всей жизни народа — его типичных особенностей.

Не пустой звук — Новый Свет. Новизна, молодость Аргентины бросается в глаза. Она молода во всём — и в достоинствах и в недостатках.
Казалось бы, откуда взяться этой молодости? Основное ядро нации — испанцы, смешавшиеся с южно-американскими индейцами. О какой же молодости тут может быть речь? А дальше — правнуки, внуки и дети итальянцев, немцев, англичан, французов… И всё же Аргентина молода. Её население омоложено мощной, почти девственной землёй; оно омоложено, обеззабочено роскошью солнца, воздуха, ощущением окружающих просторов, эмалевого, так редко омрачаемого неба, теплом, сознанием того, о чём аргентинцы говорят: «И для нас, и для других хватит!» Аргентинцы молодо-беззаботны и легкомысленны потому, что возможности страны только ещё начали черпаться, потому что возможностей этих непочатый край.

Когда вокруг человека много воздуха, солнца, тепла, а над головой ясное небо, когда двенадцать с половиной миллионов человек с комфортом расположились на богатейшей земле, площадь которой равна приблизительно Западной Европе, когда капиталы всего мира дерутся за первенство в Аргентине, а она только решает, взять их или не взять и у кого именно, когда нужно думать не о том, как бы потесниться, а о том, как бы теснее стало, — молодость становится легкомысленной, а старость беззаботной. К тому же, основное ядро нации испанцы и итальянцы, а латинская раса, как известно, впечатлительна, экспансивна, подвижна — словом, моложава.
Разительный контраст с европейскими городами являет собой Буэнос-Айрес, столица Аргентины. Кстати, на двенадцать с половиной миллионов жителей три с половиной живёт в столице и около неё.

Как богата, как неиспользована должна быть страна, чтобы при таком соотношении город мог сказочно расти, покрываться зданиями новейшего стиля, щетинится всё новыми и новыми небоскрёбами, шуметь разодетой толпой, обуреваемой жаждой покупок?
Буэнос-Айрес на ходу перестраивается: сносятся целые кварталы ещё далеко не старых, но узких улиц центра города. Грохот сносимых домов, удары молотов, визг буравов, взламывающих мостовую, непрекращающийся нетерпеливый рёв автомобильных гудков, звонки трамваев, вопли автобусов — музыка центра Буэнос-Айреса. Жизнь распирает город, сносит трёх-пятиэтажные дома с огромными комнатами, высочайшими потолками и солидными входами и заменяет их современными зданиями, вытянувшимися к небу, с десятками и нередко сотнями квартир, маленьких «ультра-модерных», где всё по последнему слову строительной техники.

Город пересекается широкими диагоналями, связывающими центры его движения, сокращающими расстояния между разбросанными узлами городской жизни. Только что начали строить и уже частично закончили сноску и асфальтирование пяти старых улиц, образовав проспект шириной в сто сорок метров. Ему суждено соединить два больших вокзала, более других обслуживающих пригородное сообщение. Правда, работы временно прекращены, так как новый проспект упёрся в тоже новое, совсем недавно законченное колоссальное здание министерства финансов и спор идёт о том, сносить его или подождать с проспектом. «Как же этого не предусмотрели заранее?» — могут нас спросить. Но это уже особая статья. Тут вопрос не строительства, не размаха, а психологии, весьма специальной. Её мы коснёмся позже.

Необычайно приятна уличная толпа в Буэнос-Айресе. Она красива, красочна, элегантна. Мужчины одеваются с большой тщательностью, с шиком или с претензией на шик. Приезжающие из Европы, за редким исключением, производят впечатление бедно, безвкусно или неопрятно одетых. Только северо-американцы с честью выдерживают испытание. Даже дешёвые, серийные костюмы, шьются «с линией». Ботинки всегда тщательно начищаются — чистить обувь в особых «парикмахерских для ботинок» доставляет аргентинцу искреннее удовольствие, в котором он предпочитает себе не отказывать. Барственно развалившись в кресле, предоставив в распоряжение чистильщика свои сапоги, он или читает газету или добродушно-величественно, с высоты своего трона, разглядывает движущуюся мимо него толпу. Шёлковые (правда, чаще искусственного шёлка) рубахи, великолепно выстиранные и выглаженные, белоснежные воротнички, несмятые галстуки, гладко, гладко с завидной тщательностью при помощи брильянтина или вазелина причёсанные волосы, хорошая шляпа — предмет особенной заботы и внимания аргентица. Одеваться любят все — сверху донизу социальной лестницы. Элегантность или шик — влекут аргентинца непреодолимо.
Женщины… Они безусловно красивы. Красивы настолько, что после них европейская женщина при поверхностном взгляде кажется серой, непривлекательной. Красота аргентинок особенная — яркая, но однообразная, неподвижная красота. Прекрасны (у молодых) фигуры, тонкие, высокие ноги, тонкие кисти длинных, узких немного больших рук,; лица матово-бледные с ровными белыми зубами, с глазами большими, тёмными, тоже матовыми и тоже невыразительными. «Католические глаза», по меткому определению одного иностранца. Для европейца в аргентинской женщине не хватает шарма, привлекательности. Свежо, по возможности во всё новенькое и по возможности во всё самое «модерное», одетые, очень сильно накрашенные (что им даже идёт), они придают толпе праздничный и какой-то праздный оттенок. Да и вообще толпа Буэнос-Айреса кажется праздной. На улице невероятное количество праздно-шатающихся, стоящих по углам, сидящих по кафе и просто глазеющих мужчин. Глазеют они, правда, преимущественно на женщин.

Чем они заняты, на что они живут, чем занимаются? — представляется загадкой для не опытного иностранца. Рядовой аргентинский молодой человек — «мучачо» — массу свободного времени, а свободного времени у него сколько угодно, проводит на улице или в кафе за чашкой чёрного кофе. Молодые девушки — «мучачас» — ходят по магазинам или рассматривают витрины. Между теми и другими непрерывный, традиционный флирт. Женщины ходят с нарочито строгими, безразличными лицами, всем видом своим, походкой, одеждой, всеми тщательно продуманными и проверенными деталями её давая понять, что ими надо любоваться, восхищаться. Это совершенно необходимо. И толпы стоящих или движущихся мужчин охотно исполняют это требование. Они оглядывают женщин с ног до головы и даже не будучи восхищёнными, выражают им из вежливости, из хорошего тона своё одобрение.
— «Какая красивая блондинка!»Кстати, блондинка каждая не сильно-смуглая брюнетка.
— «Какая красивая брюнетка!» «Какая вкусная картошечка!» Или просто: «Какая красивая девочка!»

Любопытно, что задевают, засыпают комплиментами женщин самого различного возраста — от двадцати до пятидесяти лет.
Женщина молчит. Она разве что лёгкой улыбкой губ или глаз ответит на восхищение, но походка её весела и она ужасно довольна. Европейские женщины, пока не привыкнут, обижаются или огрызаются на приставания, часто не понимая, что это чистейшая галантность и что ей просто хотели доставить удовольствие. Природная же аргентинка, придя домой, ударится в плач, если её никто на улице не задел, не сказал комплимента. Значит, она отъявленная дурнушка.

На женские дела у аргентинца уходит масса времени — это прелесть жизни, самый приятный спорт. «Новиас и новиос» — невесты и женихи, а женихаются в Аргентине годами, часами разговаривают по телефону, болтая невероятный, совершенно безсодержательный вздор. В кафе, в магазинах, где пользование телефоном бесплатно, на них висят молодые люди и барышни, задающие друг другу стереотипные вопросы, в которых самое важное и звучащее — паузы.
— «Ну, как? Как ты поживаешь, дорогой или дорогая?»
— Пауза. И снова: «Ну, так как же? Что же ты скажешь?»
— Пауза. И снова.

Занятого европейца это раздражает, занятой аргентинец понимает и сочувствует. В крайнем случае он позавидует висящему на телефоне и терпеливо будет дожидаться окончания этой содержательной беседы, или пойдёт звонить в другое место.
Раздражительность, нетерпеливость вообще не свойственны этому народу. Зачем спешить? Зачем раздражаться? Чего не сделали сегодня, сделаем завтра. «Завтра и терпение» — два слова, которые слышатся чаще всего и ужасно действуют на нервы европейца.
«Не портьте себе крови» — как часто слышит это европеец от аргентинца!
Однако, не надо думать, что аргентинцы медлительны. Совсем наоборот. Когда они что-нибудь делают, то делают быстро, соображают и схватывают легко. Они живы, подвижны, быстры, но не энергичны. Энергия для них груба. Она просто ни к чему. Достаточно взглянуть на уличное движение: автомобили носятся, как угорелые, шныряют друг между дружкой, вывёртываются самым невообразимым образом, с миллиметровой точностью на большой скорости избегая столкновений. Чёрт их знает, как они все не поразбиваются! Совершеннейшим вредительством занимаются частные автомобили, управляемые молодыми шикарными людьми, и так называемые «коллективы». Это гроза и ужас проходящих и проезжающих. Никакие правила движения, предписываемые законом, для них не уважительны — каждый норовит вывернуться первым.

Огромный, широко раскинувшийся город не удовлетворяется трамваями, подземками и автобусами. Кстати, надо отметить, что сообщение в Буэнос-Айресе налажено отлично. Самые отдалённые части города связаны с центром и между собой великолепно. Несколько лет тому назад, когда в Аргентине был кризис и такси начали плохо работать, кого-то осенила мысль сделать из такси маленький автобус. Мысль оказалась чрезвычайно практичной, и в течение какого-нибудь года вся столица и пригороды покрылись сетью маленьких автомобилей-автобусов на десять человек которые за цену, немного большую, чем трамвайная, с быстротой, пугающей непривычных людей, доставляют вас из любого конца города в другой. Быстрая, рискованная автомобильная езда — одна из страстей аргентинца.
Но подлинной его страстью является футбол. Это — национальный спорт. С утра до вечера мальчишки и довольно уже великовозрастные юноши «кикают», где только можно и где даже нельзя. На довольно центральных, во всяком случае с очень большим движением улицах, вечно спархивают с тротуаров на мостовую, выныривают из-под автомобилей, выворачиваются из-под трамваев, ничего в азарте игры не замечающие летучие футболисты.

В праздничные дни совершается переселение мужской части городских и пригородных жителей. Всё мчится на футбол. Самые страстные споры и драки затеваются вокруг соревнующихся команд. И когда Аргентина играет с Уругваем, оспаривающим у неё мировое первенство, страсти разгораются, как перед национальным событием. Почти все станции радио (а в Буэнос-Айресе их 18) передают исключительно матч. В домах, вокруг радио собираются чада и домочадцы, родственники и знакомые, часами слушают истошные вопли спикера, пьют мате и бурно реагируют на события. На главных улицах устанавливаются громкоговорители и сосредоточенные толпы со страстным напряжением внимают их чревовещаниям. На последнем состязании «Аргентина — Уругвай», происходившем в Монтевидео, уругвайские женщины задирали подолы и поворачивались спиной к проходящим по улицам аргентинским футболистам, выражая таким способом свой патриотизм, гнев и презрение.

Аргентина
Аргентина
Аргентина
Аргентина
 
← Австралия Обратно в Аргентину →

Читайте также

Московские особняки

Московские особняки

Константин Коровин Во многих улицах и переулках Москвы, среди садов стояли приветливые деревянные особняки с воротами и калиткой, чистые, крашеные, весёлые, одноэтажные. Там жили москвичи с достат...
Из Аргентины в Англию

Из Аргентины в Англию

Е. Горовенко (Из записок русского моряка) Все трюмы задраены и всё на палубе закреплено для выхода в открытое море. Шумит пар в машинном отделении и делаются последние приготовления к походу. Пар...
Путешествие на Родину. Часть вторая

Путешествие на Родину. Часть вторая

И. Ф. Ковтунович 19 ноября 1975 года, среда Вылетев из Киева вечером, мы в 11.30 прибыли в Одессу, где нас разместили в гостинице «Чёрное Море». Прямо из двери на балконе нашей комнаты, на 11-м э...
«Шпионка», Часть I, Страницы 1-6

«Шпионка», Часть I, Страницы 1-6

Инга Колчанова …Сумерки. Почему-то в синее предвечерье особенно ярко в мыслях встаёт прошлое. Его невозможно вычеркнуть из памяти, несмотря на то, что прошло столько лет, я в Америке, с моим добры...

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!