Путешествие на Родину. Часть первая

+2
Голосов: 2

348

И. Ф. Ковтунович
19 ноября 1975 года, среда

6 августа, с. г., группа из 30 русских православных людей отправилась из Нью Йорка посетить свою ли Родину, Родину ли родителей, или даже прародителей, так как собрались люди всех возрастов от 18 до 80 лет. Так как поездка была организована «Свято-Владимирским Богословским Фондом» в Нью Йорке, то большинство участников её были жители восточных штатов Америки, и только одна пара прибыла из Лос Анжелоса, да пишущий эти строки с супругой — из Сеаттла.

Собравшись с разных концов США на аэродроме Кеннеди в г. Нью Йорке, познакомившись с нашими спутниками следующих двух недель, обнаружив среди них многих знакомых по «Федерации Русских Православных Клубов» и встретив нашего «проводника», молодого семинариста, Михаила Рошак, мы, в 9 ч. вечера погрузились на четырёхмоторный «джет» Компании «Аэрофлот», называющийся «Ильюшин 62». Благодаря обычной перегрузке аэродрома ожидающими отправления аэропланами, мы, вместо 9.30, покинули Нью Йорк только в 11 часов и только в полночь получили полагающийся нам обед. Правда, услужливые русские девушки, обслуживающие пассажиров (стюардессы), во время ожидания отправки угощали нас русскими конфетами, а также продавали желающим пиво, водку и другие напитки.
В 5.15 утра, по нашему времени, мы остановились в Париже и обнаружили, что «потеряли» 6 часов со времени отправления из Нью Йорка. Войдя в вокзал аэродрома, пока «Ильюшин» запасался горючим, мы едва имели возможность приобрести несколько видов Парижа и в полдень покинули Францию, не видев её. В 5.30 вечера, потеряв ещё 2 часа времени, мы благополучно высадились на родной земле, Шереметьевском аэродроме, в Москве.

Здесь нас встретила представительница «Бюро Интурист» и наша «проводница», очень милая, молодая дама, говорящая свободно по-русски и по-английски, Ирина Малявкина. Осмотр багажа и проверка документов были поверхностными (одно из 3-4-х мест багажа), однако, привезённый нашим провожатым-семинаристом чемодан, полный бумажных икон и богослужебных книг, предназначенных для Ленинградской Семинарии, где г. Рошак обучался в течение двух лет, вызвал большой переполох среди таможенных чиновников. После вызова трёх или четырёх различных представителей «власти», как гражданских так и военных, после оживлённых пересудов и переговоров, материал был конфискован «до разрешения вопроса между представителями Церкви и Правительства».
Только в 8.30 вечера, мы, наконец, на автобусе «Интуриста» прибыли в гостиницу «Можайская», 12-этажное, довольно новое здание, построенное специально для туристов, на окраине Москвы (на Можайском шоссе). Расположившись по комнатам, освежившись после долгого путешествия, наша группа собралась в большом банкетном зале гостиницы на «ужин», хотя по ньюйорскому времени было только 2 часа дня, а в Сеаттле — 11 утра.
Здесь, как и во все последующие дни нашего путешествия, нам сервировали полный обед, начиная с закусок и кончая десертом. Было также пиво и минеральные воды (очень здесь популярные), но все в тёплом виде, что, конечно, теряло их прелесть, особенно в жаркую погоду. Весьма вкусен, был хлеб, как белый так и ржаной, а также мороженое-пломбир.
В этом же зале праздновала свадьбу молодая русская пара, с большой группой гостей; так что наш ужин сопровождался и музыкой и танцами. Но, о ужас! За весь вечер мы не услышали ни одного русского танца: это был сплошной «рок-энд-рол», который россияне отплясывали не хуже наших сеаттлийцев!

Хорошо выспавшись и сытно позавтракав, мы предприняли прогулку на противоположную сторону Можайского Шоссе, по которому в это время двигалось уже порядочное количество автомашин, большинство из которых были гражданские и военные грузовики, и общее количество машин далеко уступало даже сеаттлийскому «автобану».
Оказалось, что за шоссе расположен небольшой посёлок и железнодорожная станция, и, хотя времени у нас было мало, мы всё же успели увидеть примитивный образ жизни вне большого города: домики, дворики вокруг них и улицы невероятно старые, запущенные и безо всяких удобств. Не хотелось верить своим глазам, видя пожилых женщин, идущих несколько кварталов к колодцу, вытаскивающих вручную ведро или два воды и затем несущих их домой. Кроме этого посёлка мы имели возможность осмотреть также расположенный рядом с гостиницей «кемпинг». Это новое русское слово, обозначающее как и в Америке, загородное место отдыха, куда счастливчики, имеющие автомобили, приезжают на день-два и больше, останавливаются в имеющихся нескольких номерах мотеля или в собственных палатках и даже, ночуя, прямо в машине.
Этим же утром автобус «Интуриста» доставил нас на аэродром Внуково, откуда, на небольшом самолёте марки ТУ-134, мы за полтора часа прилетели в столицу Украинской ССР — Киев и разместились опять в совсем новой гостинице — «Лыбидь» (по-русски Лебедь), находящейся на Площади Победы, через дорогу от большого ГУМа, Государственного Универсального магазина. Здесь, так же как и в Москве, Киеве, Одессе и даже Ленинграде, новизна здания гостиницы как-то не гармонировала с вопиющими недостатками внутри комнат: то тут, то там отваливается кафель, ржавеет водопровод, везде отсутствуют души, деревянная обшивка разных сортов и бедного качества и т. под…
На улицах Киева толпы людей, — оказывается, празднуются Дни Физкультуры, поэтому здесь множество спортсменов со всех концов Украины. Считаясь, кроме того, с малым количеством частных автомобилей, населением города в 2 миллиона душ и невероятным наплывом туристов со всех стран света, — это вполне объяснимо. Все здания, как здесь, так и во всех посещённых нами городах, увешаны плакатами, призывающими к достойной подготовке к встрече делегатов на 25-й Конгресс КПСС (коммунистической Партии Советского Союза), предполагающийся в феврале 1976 года. Такие же плакаты занимают иногда целые кварталы, на специальных витринах. Весьма популярно на всех этих плакатах слово «Слава»: «Слава вождям! слава трудящемуся классу! слава героям! слава партии! и т. д., и т. д….» Между прочим, все вывески и плакаты здесь на двух языках: украинском и русском, хотя разговорный язык — русский.

Пообедав в ресторане отеля, мы всей группой отправились во Дворец Культуры «Украина», на концерт Волжского Государственного Народного Хора — ансамбля певцов, танцоров и музыкантов, в роскошных национальных костюмах. Программа была безукоризненно-блестящая, и не удивительно, так как многие из участников, а особенно солисты, — заслуженные артисты разных автономных республик, а некоторые даже лауреаты.
Сам Дворец Культуры — новое, ультра-модернизированное, импозантное занимающее целый квартал здание. Внутри — мрамор, гранит, зеркала, хрусталь и бархат.
Сделая отступление, заметим, что цены на все театры — общедоступные, (например, наши места в 4-м ряду партера стоили 2 рубля) и посещаются всеми классами населения (хотя и в бесклассной стране). Афиши, объявляющие предстоящие на весь сезон оперы, балеты, драмы, цирковые представления и т. под., вывешаны на множестве специальных тумб, во всех частях городов.
На следующее утро наша группа осматривала достопримечательности Киева, который во время 2-й Мировой войны был наполовину разрушен немцами и теперь полностью восстановлен, причём, по словам нашего «гида» по городам Украины — малоросски Оксаны, — современный Киев почти в 4 раза больше прежнего. Здесь, как и во всех больших городах на окрестностях вырастают многочисленные здания-апартменты по 10-15 этажей, которые ежегодно прибавляют тысячи новых жилых помещений.
Киев, буквально, утопает в зелени. Множество парков, площадей, широкие проспекты, знаменитый «Крещатик» — главная магистраль города, и чудный Днепр, над которым, высоко на горе по-прежнему возвышается памятник Св. Равноапостольному и Великому Князю Владимиру, просветителю Руси, с крестом в руках.

Наш визит в Киево-Печёрскую Лавру был полным разочарованием. Все церкви Лавры обращены в музеи, в которых толкутся тысячи туристов, безо всякого уважения к находящимся там святыням и бесконечно щёлкающими фотоаппаратами. Пещеры, содержавшие в прошлом мощи святых, сейчас все закрыты, ввиду происходящих там якобы обвалов и реставрации их. Купола на всех церквах Лавры горят золотом; внешность и внутренность поддерживается в порядке и тут и там обновляется, как приманка для голодных на зрелище местных «зевак» и иностранцев, именуемая сейчас в городских указателях «Киево-Печёрским Государственным Заповедником», — памятником архитектуры XI- XIX веков.
Вечером, так как это была суббота, небольшая часть нашей группы отправилась в Свято Владимирский Кафедральный Собор — на всенощную. Выходя из автобуса (несколько кварталов от гостиницы) мы были тронуты до слёз, услышав могучий гул главного колокола, зовущий людей к молитве, в этой когда-то Святой , а теперь «безбожной» стране. Перейдя улицу и войдя в ограду Собора, мы оказались совсем не в безбожной, а действительно, в «Святой Руси». Люди валом валящие в храм, истово крестящиеся на образ над входом, над которым особенно замечательная надпись: «Боже Великий, призри на новые люди Своя и тверди в них веру правую».
Собор, который вмещает несколько тысяч человек, до начала Богослужения уже почти полон. Длинные очереди у нескольких свечных ящиков. Такие же очереди перед мощами Св. Великомученицы Варвары и Преподобного Макария. Женщины в чёрных одеждах и платках на голове заведуют продажей свечей, заказами просфор, соблюдают порядок у рак святых и 3-4 раза в продолжении всенощного бдения обходят храм с кружками, собирая трудовые копейки молящихся, которыми только и поддерживаются храмы на теперешней Руси. Протискиваются они через толпу молящихся, с кружками на разные нужды, со свечечкой на кружке и с благодарным «Спаси Господи» на всякую жертву. И люди дают, не жалуясь на частоту сборов, дают, что могут, сознавая необходимость сохранения Церкви. В вестибюле надпись, запрещающая фотоснимки, магнитофоны и хождение по храму.
Богослужение в этот вечер совершают митрополит Филарет, Киевский и Галицкий, экзарх Украины и Епископ Варфоломей, Кишеневский и Молдавский, в сослужении 4-х священников, протодиаконов, диаконов, ипподиаконов и пономарей. Хор, находящийся на «поднебесной» высоте, поёт «божественно»; другой, женской хор, внизу, на правом клиросе исполняет более простые песнопения. Богослужение продолжается три часа. Храм наполнен до отказа. Так как нет возможности не впускать ни туристов, ни своих «зевак», то поток людей беспрерывно входит и выходит через главный вход, однако, молящиеся продвигаются вперёд до самого амвона и молятся, — молятся усердно, истово крестясь, повторяя слова молитв, кланяясь в землю, несмотря на давку, — как бы вымаливая у Бога то, что кем-то потеряно…

Трудно объяснить чувство, охватывающее приезжего из «свободной» страны, при виде людей, большинство которых родились в «атеизме» и молящихся так, как мы давно уже забыли молиться. Присутствуют в храме и мужчины и женщины всех возрастов. После Евангелия вся церковь под управлением протодиакона поёт «Воскресение Христово видевше», а в конце службы «Великое Славословие». И это в субботу вечером! Тогда, как у нас «на свободе» церкви теперь уже везде пусты!
Во время чтения 1-го Часа мужчины из нашей группы были приглашены в алтарь, ге получили благословение Владыки Митрополита. Алтарь, между прочим, настолько велик, что может вместить почти целиком один из наших сеаттлийских храмов. В воскресенье, как на ранней литургии, которая совершалась в одном из приделов Собора одним священником и двумя диаконами, так и на поздней — храм был наполнен молящимися. На ранней службе, которая началась в 7 ч. утра, священник произнёс вдохновенную проповедь, напоминая молящимся об их обязанностях как христиан. Особенно запомнились его слова: «Не бойтесь людей больше чем Бога!» Позднюю Литургию в 10 часов, возглавил Митрополит Филарет, в сослужении духовенства. После «Херувимской Песни» был рукоположен в священники молодой диакон, который, по окончании службы говорил проповедь о жизни 4-х диаконов, из 70 апостолов, память которых в этот день совершалась. Много сотен людей приступили к Таинству Причащения, как за ранней, так и за поздней Литургиями…
В этот же день мы посетили Софийский Собор, также обращённый в «Государственный Архитектурно-Исторический Заповедник — Софийский Музей». Собор был основан князем Ярославом в 1037 г., а отдельно стоящая колокольня — в XVIII веке. Андреевская Церковь, описанная в «Бюллетене» за июль с. г., также обращена в музей, — этот шедевр архитектуры, скульптуры и художества. На Софийской площади по-прежнему стоит памятник Богдану Хмельницкому.
После обеда нас взяли на катере на прогулку по Днепру, вдоль пляжей, битком набитых купающимися в ультра-современных костюмах, до «бикини» включительно. На правом высоком берегу Днепра — потрясающий вид утопающих в зелени храмов Киево-Печёрской Лавры и памятника Св. Князю Владимиру…

Путешествие на Родину. Часть первая
Путешествие на Родину. Часть первая

Путешествие на Родину. Часть первая
Путешествие на Родину. Часть первая
 
← Путешествие на Родину. Часть вторая Новое о старом →

Читайте также

Снег

Снег

Иван Лукаш Петербургское зимнее утро в окне. Никогда его не забыть. Заборы, крыши, деревья от снега белы. Всё светло. Под окном, по дровяному сараю, ходит воронёнок. На пороше тончайшие крестики е...
В горах Кордобы

В горах Кордобы

Игорь Киселевский Аргентина, чем дальше вглубь, тем становится прекраснее. Равнинная у Буэнос-Айреса, за Кордобой она обращается в гористую страну. После ночи езды в курьерском поезде «Золотой Орё...
По синим волнам океана

По синим волнам океана

Юрий Мандельштам (К столетию со дня появления первого произведения Лермонтова) Сто лет тому назад в «Библиотеке для чтения» впервые были напечатаны стихи молодого поэта, Михаила Лермонтова. Это б...
На рудниках Боливии. Часть третья

На рудниках Боливии. Часть третья

Михаил Каратеев Глава 5. Золотые приискиМне отвели квартиру из двух комнат, над радио — станцией, во втором этаже небольшого дома, расположенного на вырубленной в лесу полянке. Одно из наших окон б...

Комментарии

Нет комментариев. Ваш будет первым!